Сказки, народные сказки, авторские сказки
 
 
Народные сказки
 
 
 
Карта сайта
Система Orphus Rambler's Top100
 




 
 
 
 
 
Перевод: А.А. Кистяковский

10 глава



Разброд.

Арагорн повел их по правой протоке. Между Овидом и протокой тянулся луг. Дальше земли тонули во тьме. Арагорн повернул и причалил к берегу.
– Я ни разу не слышал, – сказал он спутникам, – чтоб возле Овида появлялись орки. Однако часовой нам все-таки нужен.
Хранители вытащили лодки на берег, завернулись в одеяла и вскоре уснули. Ночью ничего тревожного не случилось. Каждый часовой дежурил по часу – Горлум и орки до рассвета не появлялись. Если Горлум продолжал следить за Отрядом, то таился где-то невидимый и неслышимый. Но Арагорну спалось плохо и беспокойно. Под утро он встал и подошел к Фродо, который только что сменил Сэма.
– До твоего дежурства еще далеко, – сказал ему хоббит. – Почему ж ты не спишь?
– Сам не знаю, – ответил Арагорн. – Что-то встревожило меня во сне. Давай-ка глянем на твой Терн.
– Зачем? – удивленно спросил его Фродо. – Ты думаешь, к нам подбираются орки?
– Давай посмотрим, – повторил Арагорн. Фродо вынул из ножен меч. Края клинка чуть заметно светились.
– Орки! – с беспокойством пробормотал хоббит. – Не очень близко... а все же близко.
– Довольно близко, – подтвердил Арагорн. – Но, быть может, это лишь соглядатаи Саурона, которые бродят по восточному берегу. До последнего времени, насколько я знаю, у Амон-Ведара орки не появлялись. А впрочем, с тех пор как гондорцы отступили, в приречных землях многое изменилось. Нам надо идти теперь очень осторожно.
Утренняя заря напоминала зарево далекого пожара. Космами темного дыма клубились на востоке тяжелые тучи, освещенные снизу тускло мерцающим солнцем, но вскоре солнце выплыло в чистое небо, золотисто высветив резкие контуры Тол-Брандира. Фродо с любопытством разглядывал остров. Стеною отвесных утесов поднимался он из поблескивающей мелкой рябью протоки, по крутым склонам его, выше опорных утесов, карабкались к вершине дубовые рощицы; а сама вершина – громадный скалистый шпиль – была совершенно бесплодной и голой. Над островом кружились птицы; но никаких зверей – или хотя бы змей в расселинах скал – Фродо не заметил.
После завтрака Арагорн сказал своим спутникам:
– Время настало, друзья. Сегодня нам придется наконец решить, куда мы свернем – на запад, в Гондор, чтобы открыто драться с Врагом, или на восток, в страну страха и тьмы. А возможно, нам предстоит разойтись, чтобы каждый мог выполнить свой собственный долг. Откладывать решение нельзя, ибо за Андуином бродят орки – если они еще не переправились на этот берег – и задержка может нас погубить.
Арагорн умолк. Но никто из Хранителей не нарушил тишины, никто не пошевелился. Тогда Арагорн заговорил снова:
– Видимо, бремя выбора ляжет на твои плечи, Фродо. Мы зовемся Хранителями, ибо сопровождаем тебя, но за судьбу Кольца отвечаешь ты один, тебе доверил его Совет Мудрых, и не нам определять, куда ты пойдешь. У меня нет права давать советы Главному Хранителю: я не Гэндальф – хотя заменял его, как мог, в дороге – и не знаю, на что решился бы он после Тол-Брандира. А впрочем, и Гэндальф оставил бы, мне кажется, выбор за тобой. Да, Фродо, твое слово – главное и окончательное.
– Я знаю, что нужно спешить, – медленно и далеко не сразу проговорил Фродо. – Но это очень тяжкое бремя – окончательный выбор. Дай мне час на раздумье, Арагорн, и, вернувшись, я скажу свое слово. Потому что я хочу побыть один.
– Что ж, подумай в одиночестве, Фродо, сын Дрого, – согласился Арагорн, окинув хоббита добрым и сочувственным взглядом. – Час мы подождем тебя здесь. Только не уходи далеко.
Сколько-то времени Фродо сидел не двигаясь; голова его была опущена. Сэм, внимательно наблюдавший за хозяином, пробормотал себе под нос:
– Я-то, конечно, помолчу. А только чего тут думать, когда и так все ясно?
Словно бы в ответ на бормотанье Сэма Фродо поднялся и ушел. Чтобы не глядеть ему в спину. Хранители отвернулись. Однако Боромир, как заметил Сэм, пристально следил за ним, пока его не заслонили деревья, росшие на склоне Овида.

Без всякой цели бродя по лесу, Фродо случайно вышел на заброшенную дорогу. Она вела к вершине горы. Там, где подъем становился круче, виднелись почти разрушенные каменные ступени, расколотые во многих местах корнями деревьев. Фродо машинально пошел вверх и вскоре оказался на лужайке, окруженной с трех сторон горными рябинами. В центре лужайки лежал плоский серый валун; как бы расступившись, чтобы не заслонять утреннее солнце, деревья открывали на востоке Тол-Брандир и кружащих вокруг его вершины птиц. В отдалении грозно выл Рэрос.
Фродо сел на камень и, подперев подбородок ладонями, глубоко задумавшись, притих. Перед его мысленным взором стремительно промелькнули события, случившиеся после ухода Бильбо из Торбы. Он припомнил рассказы Гэндальфа, начало Похода, Совет у Элронда – но окончательное решение ускользало, мысли двоились...
Внезапно ему стало не по себе: чей-то взгляд в спину оборвал, скомкал его раздумья. Он торопливо вскочил, оглянулся – и с невольным облегчением увидел Боромира. На лице гондорца застыла чуть напряженная, но добрая улыбка.
– Я беспокоился за тебя, Фродо, – сказал он. – Если Арагорн прав и орки близко, то бродить по лесу в одиночку очень опасно. Особенно тебе – ты ведь поистине бесценная добыча для врагов. Меня одолевают горькие мысли. Разреши мне посидеть тут с тобой, раз уж я тебя отыскал. Когда мы собираемся все вместе, каждое слово вызывает бесконечные споры. А здесь, вдвоем, нам, быть может, удастся найти какое-нибудь мудрое решение.
– Спасибо тебе, Боромир, – отозвался Фродо. – Да только вряд ли ты сумеешь мне помочь. Потому что я знаю, как мне надо поступить, и боюсь. Просто боюсь, Боромир.
Фродо замолчал. Сквозь ровный гул Рэроса слышался свист ветра в голых ветвях деревьев. Боромир подошел к хоббиту и сел рядом с ним на камень.
– А ты уверен, что мучаешься не впустую? – мягко спросил он. – Зачем заранее отвергать всякую помощь? Я же вижу, что тебе нужен совет. Выслушай меня, Фродо!
– В том-то и дело, что я догадываюсь, какой ты дашь мне совет, Боромир, – сказал Фродо. – Он кажется мудрым... но сердце предостерегает меня.
– Предостерегает? Против чего? – резко спросил Боромир.
– Против отсрочки, – ответил Фродо. – Против легкого пути. Против желания сбросить с плеч тяжелое бремя. Против... как бы это сказать?.. Ну да – против слепой веры в силу и надежность людей.
– А между тем эта сила надежно охраняет вас от великих бедствий! – воскликнул Боромир.
– Я нисколько не сомневаюсь в доблести гондорцев, – сказал Фродо. – Но мир сейчас быстро меняется. Стены Минас-Тирита крепки, я знаю. А вдруг они окажутся недостаточно крепкими? Что тогда?
– Мы встретим смерть, как подобает воинам, – ответил Боромир. – Да и есть ведь еще надежда, что Вражье воинство сломает зубы о нашу крепость.
– Нету такой надежды, пока существует Кольцо, – отрезал Фродо.
– Кольцо! – подхватил Боромир, и глаза его вспыхнули. – Не странно ли, что нам всем доставляет столько тревог такая крохотная пустяковинка – золотое колечко. Покажи-ка ты мне, как оно хоть выглядит, а то я даже и не разглядел его на Совете у Элронда.
Подняв голову, Фродо заметил странный блеск в глазах Боромира. И хотя лицо гондорца было по-прежнему дружелюбным, хоббит почувствовал холодную отчужденность.
– Его лучше не вынимать, – коротко сказал он.
– Лучше так лучше, – сразу же отступил Боромир, – тебе видней. Но говорить-то о нем, надеюсь, можно? Вы вот все время толкуете про его страшное могущество в руках Врага: дескать, мир сейчас меняется и, если Кольцо не уничтожить, Минас-Тирит, а потом и все Средиземье сгинет под Завесой Тьмы. Возможно, так и случится, я не спорю – если Кольцо попадет к Врагу. Ну а если оно останется у нас?
– Элронд предупреждал на Совете, что Кольцо может служить лишь злодейству, – напомнил гондорцу Фродо.
– Да не пой ты с чужого голоса! – вскричал Боромир. Он встал и принялся беспокойно ходить по лужайке. – А впрочем, быть может, они и правы – Гэндальф, Элронд, все эти эльфы и маги – для самих себя. Быть может, они действительно станут злодеями, если к ним попадет Кольцо. Хотя по-настоящему-то я до сих пор не знаю, мудрые они или просто робкие... Но нас, людей из Минас-Тирита, которые вот уже много лет защищают Средиземье от Черного Властелина, не превратишь в злодеев! Нам не нужна власть над миром и Вражья магия. Мы хотим сокрушить Всеобщего Врага, чтобы отстоять свою свободу – и только. Но заметь, как удивительно все совпало: сейчас, когда силы у нас на исходе, снова нашлось Великое Кольцо – подарок судьбы, иначе не скажешь! К победам приводят лишь решительность и бесстрашие. Ради победы в справедливой битве отважный воин должен быть готов на все. Чего не сделает воин для победы – истинный воин? Чего не сделает Арагорн? А если он откажется – разве Боромир дрогнет в борьбе? Кольцо Всевластья даст мне великое могущество. Под моими знаменами соберутся доблестные витязи из всех свободных земель – и мы навеки сокрушим Вражье воинство!
Боромир, казалось, позабыл о Фродо. Он возбужденно расхаживал взад и вперед по лужайке, толкуя про защиту Минас-Тирита и наступательные бои, про могучие союзы людей и будущие победы. Его голос гремел все громче, а уверенность в окончательной победе над Врагом стремительно росла. И вот уже Вражье воинство в беспорядке покатилось к Мордору, последних врагов беспощадно добили у стен Черного Замка, а он, Боромир, стал великим государем – справедливым и мудрым.
Внезапно гондорец замер перед понуро сидящим на камне хоббитом.
– Так нет же, они хотят лишиться Кольца! – вскричал он. – Именно лишиться, а не уничтожить его – ибо если крохотный невысоклик слепо сунется в темный Мордор, то Враг неминуемо завладеет своим сокровищем!
Боромир глянул сверху вниз на Фродо.
– Надеюсь, ты и сам понимаешь, мой друг? – спросил он. – Ты сказал, что боишься. Но в тебе говорит не страх, а здравый смысл.
– Да нет, мне просто страшно, – возразил Фродо. – Просто страшно, Боромир. И все же я рад, что ты высказался. Теперь у меня не осталось сомнений.
– Давно бы так! – воскликнул гондорец.
– Ты не понял меня, Боромир, – сказал Фродо. – Я не пойду в Минас-Тирит.
– Но тебе непременно нужно завернуть к нам, хотя бы ненадолго, – продолжал настаивать Боромир. – Минас-Тирит уже близко, и доберешься ты от Скалистого до Мордора ничуть не быстрей, чем из нашей крепости. А зато у нас ты узнаешь последние вести о Враге. Пойдем, Фродо, – сказал Боромир, дружески положив ему руку на плечо. Но, выдавая скрытое возбуждение гондорца, рука его мелко дрожала. Фродо встал и, с беспокойством оглядев Боромира, отступил – человек был вдвое больше хоббита и намного сильнее.
– Неужели ты боишься меня? – спросил Боромир. – Разве я похож на предателя или злодея? Да, мне нужно твое Кольцо, теперь ты это знаешь. Но, клянусь честью гондорца, я отдам его тебе после победы. Сразу же отдам!
– Нет! – испуганно вскрикнул Фродо. – Я не могу доверять его другим. Не могу!
– Глупец! – прорычал Боромир. – Упрямый глупец! Ты погибнешь сам – по собственной глупости – и погубишь всех нас. Если кто-нибудь из Смертных может претендовать на Великое Кольцо, то уж, конечно, не вы, невысоклики, а люди Нуменора – и только они! Нелепая случайность отдала тебе в руки Кольцо. Оно могло стать моим! Оно должно стать моим! Отдай его мне!
Фродо, не отвечая, попятился, чтобы отгородиться от громадного гондорца хотя бы камнем.
– Зря ты боишься, – немного спокойней сказал Боромир. – Почему бы тебе не избавиться от Кольца? А заодно – от всех твоих страхов и сомнений. Объяви потом, что я отнял его силой, что я гораздо сильнее тебя. Ибо я гораздо сильнее тебя, невысоклик!.. – Гондорец перепрыгнул камень и бросился к Фродо. Его красивое мужественное лицо отвратительно исказилось, глаза полыхнули алчным огнем.
Увернувшись, Фродо опять спрятался за камень и, вынув дрожащей рукой Кольцо, надел его – потому что Боромир снова устремился к нему. Ошеломленный, гондорец на мгновение замер, а потом стал метаться по лужайке, пытаясь отыскать исчезнувшего хоббита.
– Жалкий штукарь! – яростно орал он. – Теперь я знаю, что у тебя на уме! Ты хочешь отдать Кольцо Саурону – и выискиваешь случай, чтобы сбежать, чтобы предать нас всех! Ну подожди, дай мне только до тебя добраться! Будь ты проклят. Вражье отродье, будь проклят на вечную тьму и смертельный мрак!.. – В слепом неистовстве гондорец споткнулся о камень, грохнулся на землю и мертво застыл, словно его сразило собственное проклятие, а потом вдруг начал бессильно всхлипывать.
Ветер усилился; заунывный свист привел гондорца в себя. Он медленно встал, вытер глаза и пробормотал:
– Что я тут нагородил? Что я натворил? Фродо! Фродо! – со страхом закричал он. – Фродо, вернись! У меня помутился разум, но это уже прошло! Фродо!..

Однако Фродо был уже далеко: не слыша последних выкриков Боромира, не разбирая дороги, бежал он вверх. Жалость и ужас терзали хоббита, когда ему вспоминался озверевший гондорец с искаженным лицом и горящими глазами, в которых светилась безумная алчность.
Вскоре он выбрался на вершину горы, перевел дыхание и поднял голову. Ему открылась, но как бы в тумане, мощенная плитами круглая площадка, каменная, с проломами, ограда вокруг нее, беседка на четырех колоннах за оградой и многоступенчатая лестница к беседке. Хоббит понял, что перед ним Амон-Ведар – или Овид на всеобщем языке, – Огромный Сторожевой Пост нуменорцев. Он поднялся по лестнице, вошел в беседку, сел в Караульное Кресло и осмотрелся.
Однако сначала ничего не увидел, кроме призрачно туманных теней – ведь у него на пальце было Вражье Кольцо. А потом тени вдруг обрели резкость и стали картинами неоглядного мира, будто хоббит, как птица, вознесся в небо. На восток уходили неведомые равнины, обрамленные в отдалении чащобами без названий, за которыми высились безымянные горы. На севере поблескивала ленточка Андуина, и слева к Реке подкрадывался Мглистый, сверкая зубьями заснеженных скал. На западе зеленели ристанийские пастбища и крохотно чернела башенка Ортханка, с которой Гэндальфа унес Ветробой. На юге, от вспененных струй Оскаленного, низвергающихся под радугой в низины Болони, Андуин устремлялся к Этэрским Плавням и там, разделившись на множество проток, вплескивался в серо-серебристое Море, над которым, подобно солнечным пылинкам, кружились мириады и мириады птиц.
Но не было мира в зацветающем Средиземье. На Мглистом, как муравьи, копошились орки. Под голубыми елями восточного Лихолесья дрались люди, эльфы и звери. Дымом затянуло границы Лориэна. Над Морией клубились черные тучи. В землях Бранда полыхали пожары.
Вооруженные всадники, настегивая коней, мчались по широким равнинам Ристании. Изенгард охраняли стаи волколаков. Вастаки и хородримцы двигались на запад: лучники, меченосцы, верховые копейщики, сотники и тысячники в легких колесницах, тяжело груженные припасами обозы, пустые телеги для награбленного добра – несметная сила Вражьего воинства.
Фродо снова посмотрел на юг. В Белых горах, к западу от Андуина, горделиво вздымалась могучая крепость, окруженная белокаменной неприступной стеной, – Минас-Тирит, надежда гондорцев. И в сердце хоббита вспыхнула надежда. Однако на черном предгорном плато к востоку от Андуина, у Изгарных гор, воздвиглась громадная черная крепость – хищная, многолюдная, грозная. Фродо невольно посмотрел на восток. За Изгарными горами, в долине Горгорота, темной даже под сверкающим солнцем, громоздилась одиночная Роковая гора, окутанная клубами багрового дыма. Взгляд хоббита скользнул чуть дальше. И вот, заслоняя остальные видения, ему открылся укрепленный Замок. Фродо хотел отвернуться – и не смог. На уступчатом утесе, за бесчисленными стенами, окруженный приземистыми дозорными башнями, которые лепились по уступам все выше, застыл, словно черный паук, Барад-Дур – Бастион Тьмы, логово Саурона. И тьма загасила надежду хоббита. А потом он ощутил ГЛАЗ.
Глаз напряженно разыскивал Хранителя, который осмелился надеть Кольцо. Как цепкий палец, он обшаривал Средиземье. Фродо чувствовал, что от Глаза не спрячешься. Вот он уже ощупывает Наслух. Вот скользнул по ущельям Скалистого... Фродо спрыгнул с Караульного Кресла, упал, скорчился на полу беседки, заслонил глаза лориэнским капюшоном.
Он беззвучно шептал: Не отдам! Не сдамся! – а в беседке звучало: Отдам! Сдамся! – и гулкое эхо разносило над Овидом эту сиплую клятву бессилия. А потом в голове у него прозвенело: Сними! Сними же, дуралей, Кольцо! – и над Овидом разлилась тишина.
В крохотном Хранителе противоборствовали две могучие силы. На мгновение они уравновесились, и он потерял сознание. А когда пришел в себя, то почувствовал, что ни Глаза, ни Голоса больше нет: у него снова была свободная воля, и он сорвал с пальца Кольцо – как раз вовремя. Над беседкой пронеслась темная тень, вниз дохнуло могильным холодом – и опять засверкало солнце. В небе перекликались птичьи голоса.
Фродо медленно поднялся на ноги. Он чувствовал слабость, как после болезни, но воля его окончательно окрепла.
– Я должен идти один, – сказал он. – Потому что темная сила Кольца уже злодействует у нас в Отряде. Да, мне надо уходить одному. Теперь я и верить-то могу не всем, а тех, кто меня никогда не предаст – старину Сэма или Мерри с Пином, – слишком люблю, чтоб тащить в Мордор. Бродяжник рвется на помощь гондорцам, и он им нужен сейчас вдвойне – раз Боромир заражен злодейством. Надо уходить одному. Сразу же.
Он сбежал вниз, к лужайке, где его нашел Боромир, и прислушался. До него донеслись встревоженные крики.
– Они меня ищут, – сказал он вслух. – Интересно, сколько же прошло времени? Наверное, несколько часов, не меньше. – Ему показалось, что крики приближаются. – Как же быть? – пробормотал он негромко. И твердо сказал: – Уходить. Сразу. Иначе я вообще никогда не уйду. И прощаться нельзя. Они меня не отпустят! Значит, надо уходить не прощаясь.
И Фродо надел на палец Кольцо.
Там, где только что стоял хоббит, медленно подымалась примятая трава. А вниз по склону прошуршали шаги – легкие, как шелест весеннего ветра.
Остальные Хранители, собравшись в кружок, сидели на берегу. И хотя каждый из них дал себе слово спокойно ждать, разговор постоянно возвращался к решению Фродо.
– Да, тяжкий ему предстоит выбор, – со вздохом сказал Арагорн. – Путь на восток смертельно опасен из-за орков, а идти в Гондор, быть может, еще опасней, ибо Врагу донесут, где мы укрылись, и под натиском Темных Сил Минас-Тирит рано или поздно падет. Ведь даже Элронд признал, что противостоять всему Вражьему воинству он не в силах. Как же быть? Боюсь, что лишь Гэндальф сумел бы разгадать эту гибельную загадку. Но Гэндальфа нет...
– А значит, разгадывать ее придется нам, – продолжил за Арагорна Леголас. – Мы должны помочь Фродо. Давайте-ка позовем его и проголосуем, куда идти. Мне кажется, что, раз путь на восток закрыт, надо пробраться в Гондор и немного переждать.
– И мне так кажется, – поддержал Гимли. – Но, если Фродо все же решит свернуть на восток, я пойду с ним.
– Да и я пойду, – отозвался Леголас. – Бросить его сейчас было бы предательством.
– Ну, предателей-то среди нас, я думаю, нет, – сказал Арагорн. – Однако, если Фродо отправится в Мордор, ему не помогут ни семь, ни семьдесят семь спутников... а возможно, и навредят: большой Отряд легко обнаружить. Так что я предложил бы всего троих: Сэма (разве он отстанет от хозяина?), себя и Гимли.
– А мы? – негодующе воскликнул Мерри. – Мы с Пином еще в Норгорде решили, что пойдем за Фродо куда угодно.... И пойдем... Да только это же ужасно – отпускать его... прямо к Врагу в зубы! Мы должны его остановить!
– Конечно, должны! – поддержал приятеля Пин. – Ну мыслимо ли сейчас туда лезть! Вот он и не может решиться: понимает, что одного мы его не отпустим, а просить нас идти с ним в Мордор – не хочет... Мог бы, правда, и догадаться, что мы без всяких просьб, сами пойдем – если не сумеем его удержать.
– Эх, не знаете вы хозяина, – вмешался Сэм. – Это он-то не может решиться? Да он небось уже в Лориэне решился! Ну на кой ему, скажите, Минас-Тирит? Ты уж не сердись, – ища глазами гондорца, добавил Сэм. И вдруг обеспокоенно воскликнул: – А где же Боромир? Он ведь еще с вечера вроде как не в себе... Ну да ладно, у него дом рядом, ему не до нас... А хозяин, он давно уж решил, что пойдет в Мордор. Решить-то решил, да побаивался. Ему и сейчас, ясное дело, страшно. Он, конечно, много кой-чего повидал с тех пор, как ушел из Торбы, – раз не выбросил это треклятое Кольцо в Реку и не удрал эээкуда глаза глядят... Ну а все-таки страх его гложет. Да и кто тут не испугается, хотел бы я знать? А про нас про всех он понимает, что мы его не бросим – это-то ему главная помеха и есть. Потому как у него решено идти одному. Он вот сейчас вернется, и мы еще хлебнем с ним горя – попомните мои слова, – он ведь никого в Мордор брать не захочет!
– А Сэм-то, пожалуй, прав, – задумчиво сказал Арагорн. – Так что же нам делать?
– Не пускать его! Ни в коем случае не пускать! – вскричал Пин.
– У нас нет на это права, – возразил Арагорн. – Он Главный Хранитель и один отвечает за судьбу Кольца. Мы не должны диктовать ему свою волю. Не должны, да и не сможем: слишком грозные силы втянуты в борьбу за Великое Кольцо.
– А тогда пусть скорей возвращается, и будь что будет, – жалобно сказал Пин. – От такого ожидания и рехнуться недолго. Час-то, наверно, давно прошел?
– Гораздо больше, чем час, – подтвердил Арагорн. – Пора бы ему вернуться.

Хранители встали, и в это мгновение из-за деревьев вышел Боромир, растерянный и угрюмый. Он приостановился, словно пересчитывая своих спутников, И молча сел на траву немного поодаль от них.
– Где ты был, Боромир? – спросил его Арагорн. – Тебе не встретился Фродо?
– Встретился, – чуть помедлив, ответил гондорец. – А потом исчез. Я уговаривал его пойти в Минас-Тирит... и погорячился... И он исчез. Видимо, надел Кольцо. Исчез, как сквозь землю провалился. Мне не удалось его разыскать. Я думал, он уже вернулся.
– И тебе больше нечего сказать? – мрачно нахмурившись, спросил гондорца Арагорн.
– Сейчас – нечего, – с усилием проговорил Боромир.
– Да это как же? – испуганно воскликнул Сэм. – Его же нельзя надевать! От него же, один только Враг знает, какие беды могут стрястись!
– Ну, он его, наверное, сразу и снял, – рассудительно сказал Мерри. – Вроде Бильбо, когда ему хотелось отделаться от незваных гостей.
– А куда он хоть пошел-то? – взволнованно вскричал Пин. – Его ведь уже целую вечность нету! Где он?
– Когда ты его видел, Боромир? – спросил Арагорн.
– Полчаса... а может, час назад, – неуверенно отозвался гондорец. – Он исчез... Я долго его искал. Я не знаю! Не знаю!.. – Боромир обхватил руками голову и умолк.
– Целый час? – простонал Сэм. – Скорей! Пойдемте! Надо его найти! – Сэм бросился в лес.
– Подожди! – тревожно окликнул хоббита Арагорн. – Поодиночке нельзя! Надо разделиться на пары!..
Но никто его не слушал. Сэм уже подбегал к лесу. Мерри с Пином мчались вдоль берега Реки. «Фродо! Фродо!» – кричали они, и гулкое эхо далеко разносило их звонкие голоса. Леголас и Гимли тоже скрылись в лесу.
Арагорн рванулся за Сэмом, потом остановился и крикнул Боромиру:
– Приди в себя! Сейчас некогда разбираться, что ты учинил с Фродо. Беги за Пином и Мерри. Охраняй их и, если Фродо не отыщется, возвращайся сюда. Я тоже скоро вернусь.
Боромир побежал вдоль Реки. Арагорн – вверх по склону горы. Он догнал Сэма у лужайки, окаймленной с трех сторон горными рябинами. Тяжело отдуваясь, хоббит разглядывал Тол-Брандир, словно Фродо мог перенестись туда на крыльях.
– Пойдем вместе, – сказал ему Арагорн. – Никто из нас не должен бродить здесь в одиночку. Того и гляди, грянет какая-нибудь беда. Я ее чувствую. Скорее! Мы подымемся на Амон-Ведар и посмотрим, что творится вокруг. Фродо, по-моему, пошел именно туда. Так что не отставай и смотри в оба. – Арагорн быстро зашагал к Обзорному Сторожевому Посту.
Сэм не смог угнаться за следопытом. Потеряв его из виду, он остановился.
– Не умеешь как следует работать ногами – работай головой, – посоветовал он себе. – У гондорца нету привычки врать. Да только вот рассказал он вроде бы не все. Что-то новое испугало хозяина, и его вдруг сразу как стукнуло – уходить. А куда? Ясное дело, на восток. Без Сэма? То-то и получается, что без Сэма. – У хоббита на глаза навернулись слезы. – Да не реви ты, а думай! – одернул он себя. – Летать хозяин пока не умеет. А восток – за Рекой. А у берега – лодки. Ну-ка, Сэм, бери ноги в руки и дуй к берегу – авось поспеешь!
Хоббит умолк и помчался вниз. Упал, до крови ободрал колени, торопливо вскочил и побежал дальше. Вот и берег. Сэм осмотрелся. И на мгновенье застыл, вытаращив глаза. С берега медленно съезжала лодка. Пустая. И рядом никого не было. Вскрикнув, хоббит рванулся к Реке. Пустая лодка съехала в воду.
– Я тоже! – отчаянно заорал Сэм. – Я тоже! – И, разбежавшись, плюхнулся в Андуин. Лодка уже отошла от берега. Сэма подхватило мощное течение, и он тотчас же скрылся под водой.
Из пустой лодки послышалось проклятие. Потом проворно заработали весла – сами по себе, – лодка развернулась и подошла к тому месту, где скрылся Сэм.
Голова Сэма показалась над водой. В его широко открытых глазах застыл ужас. Он судорожно отплевывался. Фродо протянул ему левую руку, а правой цепко ухватил за волосы.
– Ну-ну, ничего, – проговорил он с испугом. – Держи меня за руку. Сейчас мы причалим.
– Спасите! – жалобно воскликнул Сэм. – Я не вижу руку-то! Я тону! Спасите!
– Да вот она, вот! – отозвался Фродо. Он похлопал Сэма рукой по плечу, и тот немедленно в нее вцепился. – Держись за борт, – сказал ему Фродо. – Мне же надо грести. – Сэм перехватился.
Фродо быстро подошел к берегу, вылез из лодки и снял Кольцо. Сэм торопливо выбрался на луг.
– Ну и репей! – сказал ему Фродо.
– Да как же вы, сударь, на такое решились-то? – укоризненно воскликнул дрожащий Сэм. – Что бы вы делали, если б я не поспел?
– Спокойно шел бы себе на восток, – невольно улыбнувшись, ответил Фродо.
– Спокойно! – с негодованием подхватил Сэм. – Без всех, а главное, даже без меня? А ну как с вами что-нибудь случится? Кто вам поможет? Одному-то? Нет уж! Этого я, сударь, вынести не могу!
– Не можешь? А если ты погибнешь в дороге? Как по-твоему – я смогу это вынести? – спросил его Фродо. – Ведь я иду в Мордор!
– А то куда же? – отозвался Сэм. – Конечно, в Мордор. Вместе и пойдем.
– Послушай, Сэм, – сказал ему Фродо. – Сейчас вернутся все наши спутники и опять заведут бесконечные споры. А мне обязательно надо уйти. В этом – единственное спасение, пойми!
– Идти одному – погибель, а не спасение, – возразил Сэм. – Я тоже пойду. Или никто из нас никуда не пойдет. Да я все лодки сейчас продырявлю, чтоб не отпускать вас одного в Мордор!
Фродо благодарно и весело рассмеялся.
– Одну-то оставь, – сказал он Сэму. – Иначе как мы переправимся через Андуин? Ладно, собирай свои пожитки, репей!
– Я мигом! – радостно откликнулся Сэм. – Вещевой-то мешок у меня уже собран. Только вот немного еды прихвачу...
Оттолкнувшись от берега, Фродо сказал:
– Значит, не удалось мне уйти одному. А ведь я, признаться, и рад, что не удалось. Ужасно рад, дорогой ты мой Сэм! Видно, так уж нам суждено судьбой – идти вместе до самого конца. Будем надеяться, что наши спутники сумеют отыскать безопасный путь. Но мы-то едва ли их когда-нибудь встретим.
– Гора с горой, говорят, не сходятся, а мы ведь не горы, – возразил ему Сэм.

Два хоббита плыли на восток.
Фродо усердно работал веслами, но легкую лодку сносило течением. Утесы Скалистого остались позади; рев Оскаленного явственно приближался. Сэм старательно помогал хозяину – и все же медленно, очень медленно, пересекали хоббиты могучий Андуин.
В конце концов они добрались до берега у южных склонов лесистого Наслуха. Вынув из лодки вещевые мешки, они оттащили ее от воды и спрятали за большим серым валуном. А потом не мешкая пустились в путь.


<- Предыдущая сказкаСледующая сказка ->
Уважаемый читатель, мы заметили, что Вы зашли как гость. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.


Другие сказки из этого раздела:

  • 9 глава
  • 8 глава
  • 5 глава
  • 7 глава
  • 6 глава
  • 3 глава
  • 4 глава
  • 1 глава
  • 2 глава

  • Распечатать | Подписаться по Email

     
     
     
    Опубликовал: La Princesse | Дата: 23 апреля 2010 | Просмотров: 1868
     (голосов: 0)

     
     
    Авторские сказки
     

     
     
     
     
    Нужны ли на сайте fairy-tales.su форум и гостевая?

    Нужен только форум
    Нужна только гостевая
    Нужны и форум, и гостевая
    Не надо ни форума, ни гостевой
     
     
     
     
     
    Главная страница  |   Письмо  |   Карта сайта  |   Статистика
    При копировании материалов указывайте источник - fairy-tales.su