Жил царь Солнце, и был у него сын. Царь сына своего растил взаперти, прятал. Стало сыну-царевичу восемнадцать лет, выпустил царь его на волю. Вышел царский сын на свет божий, целый день бегал, весь царский город обегал. Прибежал к отцу своему, к царю, и говорит:
- Хочу жениться. Буду к купеческой дочке свататься.
Царь ответил:
- Нет, купца дочку я за тебя не возьму. Если хочешь жениться, я пойду к царю Ветру, его дочь за тебя сватать буду.
Собрался царь пойти к царю Ветру. Взял с собой триста воинов, пошел. Пароходом пошел. Шел, шел, к стойбищу царя Ветра подошел. Стойбище царское на мысу стоит, а на мысу том ни дерева, ни травинки нет.
Написал царь царю Ветру письмо, двух солдат послал письмо отнести. Солдаты пошли. Вошли в дом царя Ветра. А царь Ветер в доме своем на месте не стоит, не сидит, все кругом бегает, бегает.

Давным-давно жила в одном стойбище красивая девушка. И были у неё олени. Вот однажды гуляла она с оленями в тундре, а ночь была очень тёмная. Вдруг один олень посмотрел на небо и закричал:
— Прячься скорее, девушка! Луна хочет утащить тебя на небо!
Только успел олень спрятать девушку в большой сугроб и снегом забросать, как появилась на нарте Луна. Поискала, поискала Луна — нигде девушки не видно. Села на нарту, в небо укатила.
Вылезла девушка из сугроба, отряхнулась, вошла в чум.
Прошло немного времени, вбегает олень и кричит:
— Луна опять на нарте едет! Хочет тебя на небо забрать!

Давным-давно жила на Чукотке злая колдунья. Звали её Катгыргын. Где стояла её яранга, никто не знал, но появлялась она всюду и много зла делала людям. Придёт, бывало, человек с охоты, свалит моржа с нарт и только начнёт его разделывать, смотрит: под ножом у него и не морж вовсе, а камень. А то ещё и так было: прибежит к стойбищу заяц и танцует, будто просит: «Бейте меня!» Схватят охотники ружья, прицелятся, а выстрелить не могут. Глядят: вместо ружей в руках у них собачьи хвосты.
Говорили, будто у Катгыргын такая сила тайная была: захочет — человека в зверя превратит. А еще говорили, будто служили у неё в работниках рыбка-сайка, серый зайка, олень рогатый, волк зубатый, медуза скользкая, белая лисица, кайра — чёрная птица, северная берёзка да мох подснежный, что ягелем зовётся. И все эти работники тоже тайную силу имели. Правда, они не во всё могли превращать своих врагов, а только в самое безобидное для себя существо, и то один раз в жизни, когда им самим смерть угрожала.
Много слышал об этом охотник Тынэн, но не во всё верил...

Живут бабушка с внуком. Бабушка сидит дома, прядет нитки, внук бегает на улице и играет. Долго ли, коротко ли так жили, внук подрос, стал ходить на охоту и на рыбалку.
Так они жили. Вот однажды внук говорит бабушке:
– Бабушка, пойду-ка я к Вошинг Урту сватать его младшую дочь.
Бабушка отвечает:
– Не ходи, внучек, у тебя еще руки не окрепли, ноги не окрепли как следует.
– Нет, все равно пойду.
Уговорил бабушку. Собрался. Вышел на улицу, бросил свои подволожные лыжи и, куда они носами встали, туда и пошел.
Долго ли, коротко ли шел, нашел след горностая и пошел по нему. Немного прошел, видит-горностай залез на дерево. Ими-Хиты убил горностая, снял с него шкуру вместе с когтями и зубами и пошел дальше.

Идэ остался сиротой, когда был маленьким. Взяла его к себе бабушка Имъял-Пая.
Вырос Идэ, но всего боялся. Никуда от бабушки не отходит, за бабушкин подол держится.
«Как отучить Идэ всего бояться, чтобы он на рыбалку ходил, на зверя ходил, смелым охотником стал?» — думала бабушка.
Был как-то урожайный на кедровые орехи год. Бабушка и говорит:
— Пойдём, Идэ, орешки собирать!
— Пойдём, бабушка!
Бабушка села в лёгкую лодку-долблёнку, усадила Идэ, положила ружьё, подтолкнула лодку — и поехали.
День был ясный. Солнышко светит. Тайга тихонько шумит. Тым-река от одной песчаной отмели до другой бежит. Приехали бабушка с Идэ, вышли на берег, поднялись на гору, пошли в тайгу.

Бегала мышка по лугу и ела свежую сочную травку, Вдруг налетел ветер, пошел дождь, мышка промокла и спряталась в траве. Вышел из леса полакомиться чистой травкой огромный лось с ветвистыми рогами. Бродил, бродил по лугу, щипал травку и. нечаянно вместе с травкой проглотил и мышку.
Сидя у лося в животе, мышка говорит:
– Точу-точу ножик, лосю горло перережу, на волю выйду.
– Не режь мне горла, – лось говорит, – выйди через мой рот.
– У тебя рот слюнявый, – отвечает мышка. И снова кричать стала:-Точу-точу ножик, лосю горло перережу, на свободу выйду!

Собрались три охотника на охоту. Долго ли, коротко шли, до ночлега дошли. Стали искать спички, а спичек ни у кого не оказалось.
Один из них говорит:
– Влезайте на деревья; где огонь увидите, туда и пойдем. Влез один из них, смотрит – в одном месте огонь виднеется.
– Ну, сходи, принеси оттуда огня. Другой пошел к тому месту, где огонь был виден. Пришел туда; оказывается, какой-то старик огонь развел.
– Ну, дедушка, здравствуй!
– Здравствуй, здравствуй, внучек! Ты с какой нуждой– бедой ходишь?
– С какой нуждой-бедой хожу? Наши жены не позаботились об огне для нас, я пришел огня просить.
– Внучек, мой огонь дорогой, бесплатно не дам: расскажи семь веселых сказок – дам огня.

Жила мышка. Настала весна, задумала мышка поехать осетров и нельм ловить. Вместо лодки ореховую скорлупку взяла, вместо весла-лопаточку для шпаклевки лодки серой.
Едет и напевает:
– Ореховая скорлупка-лодка моя: тел, тел, тел, лопаточка-весёлко мое: пол, пол, пол. У одной деревни ребята кричат с берега:
– Эй, мышка-норушка, подъезжай сладости поесть!
– Какие сладости?
– Со щукой.
– Нет, со щукой не ем.
И опять едет дальше, напевая:

Жили старик со старухой. Был у них кот. Однажды кот убежал в лес. Бродил-бродил кот по лесу, – наступила осень, стало холодно, а он все бродит по лесу, ищет теплый уголок, куда можно было бы спрятаться. Так, бродя по лесу, встретил он петуха и говорит ему:
– Осень наступила, холодно стало, построим себе дом.
– Не буду. Что я с домом буду делать? – отвечает петух. Я в любом месте укроюсь.
Побрел кот дальше. Долго ли, коротко ли бродил по лесу, встретил теленка и говорит ему:
– Эй, приятель, давай выстроим дом.
– Ну что я с домом буду делать? – говорит теленок. – Я сделаю какое-нибудь гнездышко из сена и лягу в него. Опять кот пошел бродить. Долго ли, коротко бродил, встретил жеребенка.
– Давай-ка, приятель, построим дом.

Ими-Хиты с бабушкой живут на краю земли. Сделал однажды Ими-Хиты себе ледяную горку и катается целыми днями. Как-то раз прибегает Ими-Хиты домой и спрашивает бабушку:
– Бабушка, я видел зверька: хвост черный, а сам серый. Что это за зверек?
Бабушка говорит:
– Это белка, внучек. Раньше твой отец добывал этого зверька.
– Я пойду догоню его, – говорит Ими-Хиты.
– О внучек, ты еще мал за белкой гоняться. Ты ее погонишь – она на дерево залезет; что ты с ней сделаешь?
И пошел Ими-Хиты снова кататься. Долго ли, коротко ли катался, опять прибежал к бабушке:
– Бабушка, я опять видел зверька: кончик хвоста Черный, а сам весь белый. Что это за зверек?

В Малой Сосьве жили старик со старухой. Был у них сын.Все, живущие на Малой Сосьве, – охотники на красного и черного зверя. Малыш вырос и начал тоже охотиться.
Однажды сели они обедать. Старуха завела разговор:
– Старик, мы с тобой состарились. Сын наш вырос и начал охотиться, ходить по лесам, ездить по водам. Надо искать ему жену.
Старик говорит:. '– Здесь нет подходящих невест. Ты ведь сама знаешь,. что мы живем на людной дороге, у нас много бывает проезжих снизу и сверху. Приедет хороший гость, плохая невестка ни еду приготовить, ни питья запасти не сумеет. Я так думаю: в Шеркалах живет один купец, у него есть дочь. Его дочь и сосватаем.
– И правда, так ладно будет, – говорит старуха. Как сказали, так и сделали. Съездили в Шеркалы, сосватали купеческую дочь. Приехали домой и стали жить-поживать.

Приехал Ермак на земли обские и стал там жить. Живет полгода, живет год, а может быть и два. И вот узнает Ермак: живет где-то в лесах хантыйский князь, и имеет этот князь большую силу, богатую землю. Мало-помалу стал Ермак с двадцатью пятью людьми пробираться туда. Приехал в землю хантыйского князя и стал там жить. Мало-помалу, подружился Ермак с князем. Стали жить и есть вместе с князем и так подружились, что ночь не проведут друг без друга и дня не проведут друг без друга. Так однажды за питьем, за едой, за дружеской беседой Ермак Тимофеевич и говорит:
– Князь, у меня есть один разговор; не знаю, понравится тебе или нет, если рассказать.
– Если понравится – рассудим, не понравится – отклоним.
– Я вот все думаю: живем мы здесь, в темных лесах, ничего не знаем, а ведь есть у нас царь — хозяин земли русской. Людей, живущих помимо воли царя, не должно на Руси быть. Я думаю дать тебе, князь, совет: надо вам, хантам, принять веру русскую. Князь и говорит:
– О урус, я никому поклоняться не желаю. Мы не испытываем пока нужды в питье и в еде и царя просить об этом не собираемся. Поэтому мы и не касаемся царя, и царь пусть нас не касается.

Жил-был Диа. И был у него брат Баручику — однорукий, одноногий. Олешков у них было штук десять. Жили они вместе с матерью. Диа всё время охотился, а Баручику караулил стадо. Однажды ушли олени через речку. Баручи спрашивает у них:
— Почему вы ушли за речку? Почему намочили бакари?
Взял он нож, с десяти живых оленей весь камос срезал и говорит:
— Ходите теперь через речку босиком!
Вечером пришёл Диа. Баручи спрашивает у него:

Лето. Жаркая погода. Прыгнешь в речку — благодать!
Любо мне нырять и плавать, воду головой бодать!
Так играю, так ныряю час, а то и полтора.
Ну, теперь я освежился, одеваться мне пора.
Вышел на берег, оделся. Всюду тихо, ни души.
Пробирает страх невольный в этой солнечной глуши.
На мостки, зачем — не знаю, оглянулся я в тоске...

В давние-предавние времена жила в темном лесу старуха-убыр – ведьма. Была она злая-презлая и всю жизнь людей на плохие дела подбивала.
А у старухи-убыр был сын. Пошел он раз в деревню и увидел там красивую девушку, по имени Гульчечек. Понравилась она ему. Утащил он ночью Гульчечек из родного дома и привел к себе в дремучий лес. Стали они жить втроем.
Собрался однажды сын убыр в дальнюю дорогу.
Осталась Гульчечек в лесу со злой старухой. Затосковала она и стала просить:
– Пусти меня к моим родным погостить! Соскучилась я здесь.
Не отпустила ее убыр.